Улучшенный концлагерь или укрепрайон?

Андрей ГРЕЧ, Северодонецк

Когда «Луганск 1» обратился ко мне с просьбой проверить информацию местных жителей о создании ВСУ укрепрайона прямо в Станице Луганской, я принял это за неуместную «шутку черного юмора».

УЛУЧШЕННЫЙ КОНЦЛАГЕРЬ ВРЕМЕННОГО ПЕРЕХОДА?

В Станице Луганской только и разговоров, что про «евроасфальт». Интеграция наконец-то проложила широкую европейскую дорогу к нам, но не для нас, тихонько шутят станичане. Потому что ступить на обещанное чудо из Европы можно только по пути… в ЛНР. На казачью Станицу заграничные блага не распространяются. Местные в чем жили, в том и помрут.

А вот приедет, скажем, Александр Хуг на пункт перехода и восхитится: «Цэ Европа!». Он любит все красивое. И тут в разрушенном захолустье Донбасса такое милое напоминание о родине – «евроасфальт». До слез прошибает! Не выдавливать же ему слезу, глядя на две казармы в самом центре поселка…

Тут годится исключительно эстетическое восприятие. Казармы в центре – новый архитектурный стиль с национальным колоритом. Военный штаб. О, какие оттенки примитива! Целый район Станицы освободители освободили от потомков Великого войска Донского, запретив им туда даже нос совать. Футуристично!

Вот где настоящая Украина!

А грандиозная «реконструкция» пункта перехода – это лишь декорация.

Зато – привлекательная. Если нельзя улучшить концлагерь, в который превратили всю Луганщину, то следует подшаманить нужные места, преподнеся их народу как великие стройки века.

И можно праздновать очередную перемогу.

Хотя, конечно же, возникают «зрадные» вопросы – зачем? Зачем изображать Европу на единственном пункте перехода, когда впереди у региона – тупик? Если даже такой спрут, как Луганское энергетическое объединение, кричит, что Луганщина на грани «техногенной и гуманитарной катастрофы» и умоляет дипломатические ведомства с родины Александра Хуга уломать Гройсмана провести выездное заседание правительства, то какой смысл создавать потемкинские декорации на одном маленьком пятачке? Если скандально разворовываются средства, выделенные европейскими соседями на обустройство пунктов пропуска со странами Восточной Европы, то зачем тратиться из собственного бюджета на какой-то КВВП «Станица Луганская»? Блеснуть щедростью перед жителями ЛНР, которые ради получения заслуженной пенсии вынуждены проходить через концлагерный пункт перехода?

Не оценят. Тем более что сам пункт достаточно обустроен. И если бы умельцы не создавали искусственные очереди, чтобы зарабатывать на «внеочередниках», то для «обслуживания», обработки и проверки данных и даже скромных уголков для душевных бесед сотрудников спецслужб со стукачами вполне достаточно.

Тогда – зачем же?

УКРЕПРАЙОН?

Станица Луганская – стратегически важный узел. Не столько для обороны, сколько для наступления. И хотя станичане считают, что они – щит, которым Киев прикроется в случае обострения военных действий, одно для них несомненно: под видом «грандиозной реконструкции» в поселке создается мощный центр всего укрепрайона. Со всеми коммуникациями, инфраструктурой, необходимой для концентрации войск и вооружений.

Судя по задействованной в работах технике, характеру строительных конструкций и материалов, участию военно-инженерных специалистов, присутствию в закрытой зоне англоязычных военных, о которых шепчутся станичане, «реконструкция» пункта перехода – действительно всего лишь дешевая декорация.

Когда я после общения с жителями Станицы поделился в Северодонецке своими соображениями с одним местным гражданином в штатском, имеющим «некоторый» доступ к «совершенно секретной» информации, он, кисло улыбнувшись, сказал: «Извини, доступа нет». И пожалел мою несчастную голову, которую, возможно, когда-нибудь найдут. Как человек образованный, он выразил свое сочувствие словами: «Бедный Йорик!».

Если у сотрудников спецслужб из числа «местных» нет доступа к информации о том, что «созидают» в Станице Луганской, то это секрет совсем не местного масштаба.

Между тем, официальные представители ЛНР в своих комментариях ситуации с «реконструкцией» очень осторожны. Заместитель министра иностранных дел Анна Сорока высказалась в том духе, что Киев создает социальную напряженность и провоцирует эскалацию конфликта. МГБ республики сделало противоречивое заявление: реконструируют, чтобы затем подорвать мост. Не аргументируя его.

Эта информация (назовем ее версией) не лишена смысла. Во-первых, это железобетонное основание для обвинений ЛНР: мы тут вовсю белим, красим и лудим, улучшаем и усовершенствуем, ничего ради народа не желея, а «российско-террористические» диверсанты все взрывают. Во-вторых, Киев давно мечтает перебросить поток людей на «Золотое», отчаянно сопротивляется отводу войск и вооружений из Станицы и даже не обсуждает возможность открытия пункта перехода через мост у Счастья.

Поэтому то, что может показаться абсурдным для обычного человека, занятого далеко не простыми повседневными заботами, с точки зрения стратегических планов – отнюдь не абсурд. Прокукарекать о великих благодеяниях для народа, заставить республику Донбасса играть по своим правилам и одновременно создать плацдарм для наступления на Луганск – о чем еще можно мечтать?

Обратите внимание еще на один красноречивый факт. Буквально сразу же после заявления МГБ информационные диверсанты из «групп» в социальных сетях дали залп: не верим, Украина хочет улучшить, а вы фсё врёти! В данном случае это не просто обычная практика информационной войны – устранить вбросом эмоций неудобные вопросы, а заранее подготовленное домашнее задание. Вслед за соцсетями показательную истерику по поводу обнародованного МГБ списка журналистов, которые должны «освещать» теракт, устроило украинское телевидение. Пошло-поехало: списки – подлинные, подрыв моста – фейк!

Так на что тратит колоссальные деньги накануне дефолта режим-паук, почти до костей уже высосавший Украину? На реконструкцию пункта пропуска в концлагере или на войну?