Дебальцевская эпопея «Рима»  

Комендант ЛНР полковник Наиль Нуруллин с позывным Юстас во время Дебальцевской операции командовал бойцами подразделения «Рим». Пройдя с боями от Свердловска в сентябре 2014 года, подразделение заняло оборону в пяти километрах от города Дебальцево. Оборонительный рубеж проходил по западной окраине села Комиссаровка и удерживал стратегическую дорогу Луганск-Донецк. Утром 22 января 2015 года «Рим» при поддержке трех БМП, одного БТРа, танка и зенитной установки атаковал украинские позиции.

В боях за Чернухино

Уже в начале наступления на Дебальцево стало ясно, что взять город атакой «в лоб» будет сложно, если вообще возможно. В конце января начались тяжелые бои за Чернухино. Взятие и удержание этого поселка позволило обойти узловые точки украинской обороны и выйти на окраины Дебальцево. Юстас вспоминает, что особую роль в боях за Чернухино сыграл отряд Хулигана.

— Могу со всей ответственностью заявить, что благодаря мужеству Хулигана, отваге его бойцов мы выполнили дальнейшую задачу. На второй день с утра они с ходу ринулись в бой, продвинулись почти на километр и в течение трех недель отбивали самые яростные атаки, удерживая рубеж и обеспечивая выдвижение основных сил через окраину Чернухино на Дебальцево.

Обстановка была сложной и не раз приходилось прибегать к солдатской смекалке.

— Когда мы ворвались на окраину Чернухино и захватили крайние дома, пространство от забора, огораживающего территорию железнодорожной станции, до крайних домов занимала густая растительность из кустарников и деревьев. Это стало непреодолимым препятствием еще и потому, что она была вдобавок еще и густо заминирована.

Юстас нашел выход в буквальном смысле слова. Подогнали зенитную установку ЗУ-23, и она, сделав более десятка длинных очередей, очистила пространство от растительности. Неприступным остался только бетонный забор, который добили тремя выстрелами из танка. Вся эта операция проходила под бешенным огнем противника.

— Впоследствии по этому проходу на Дебальцево прошли тысячи солдат, и к нашему счастью не было ни одного подрыва.

Артиллерия и радиоразведка противника действовали достаточно умело. Юстас вспоминает, что украинские артиллеристы устроили за ним настоящую охоту, наводя свои удары на сигнал рации или мобильного телефона. Снаряды буквально преследовали по пятам, стоило только воспользоваться связью. Во время одного из таких обстрелов, он зашвырнул рацию в поле, а сам с механиком БМП скрылся в лесу.

— Снаряды градом стали сыпаться в то место, куда я швырнул радиостанцию.

После этого случая Наиль оставил все телефоны и рации в бункере, до конца операции пользуясь для связи только «Арахисом»: «Бойцы тоже убедились, что мобильный телефон иметь при себе на войне, это значит ускорить свою погибель».

Однажды на позиции с той стороны пришла бабушка в сопровождении вертлявой лупоглазой собачонки.

— Бабулька оказалась настоящим кладом и супер-разведчиком.

На карте Дебальцево она точно указала украинские позиции и количество боевой техники. Она же рассказала, как ведут себя украинские «освободители».

— Привязывали проволокой к забору местных жителей и ждали, пока их ранит осколком какого-нибудь снаряда, а затем развязывали и снимали на видеокамеру, опять же утверждая о «наших зверствах».

Нашим военным командованием было приято решение с 1 по 5 февраля организовать коридор для беженцев. Задача оказалась непростой. Мало того, что людям пришлось выезжать на «дорогу жизни» под обстрелом «укров», саму дорогу перегородил подорвавшийся на мине на въезде в Чернухино танк ополчения. С помощью БТРа под огнем минометов бойцы оттащили размотавшуюся гусеницу танка, чтобы через узкий проход кое-как могли проехать легковые автомобили.

— Наши сердца разрывал ужас в глазах тех мальчишек и девчонок, которых вывозил какой-то добрый дядька, а бедные родители остались там, в подвалах тех домов, рядом с которыми продолжались рваться снаряды и мины.

Выходя из поселка, люди сразу же просили воды, так как умирали от жажды. Оказалось, что ВСУшники отравляли колодцы, сливая туда солярку.

Тропа жизни

Как вспоминает Юстас, ему пришла в голову мысль атаковать Дебальцево, используя пространство между вагонами, стоявшими на железнодорожных путях от Чернухино до окраин города.

— Именно на этом участке у них не было нормально подготовленных позиций и именно через эту брешь мы смогли войти в Дебальцево, расчленив его пополам и оставив подразделения укров на хорошо подготовленных позициях без тылового обеспечения.

Он донес свой замысел до командования на совещании и получил «добро». Впереди был мощный укрепрайон, а эта тропа позволяла обходить вражеские блокпосты и иметь какую-никакую защиту от артиллерии.

— Пробить пять рядов вагонов не мог ни один снаряд. Попасть из миномета в двухметровое расстояние между вагонами было тоже очень сложно.

По этой дороге в Дебальцево вошли сотни ополченцев, были перенесены на плечах тонны боеприпасов. Воистину, на этой узкой тропе ковалась дебальцевская победа.

— Да, мы вошли в Дебальцево без танков, но благодаря этой тропе мы спасли сотни жизней своим воинам.

От места, где заканчивался ряд вагонов до ближайшего укрытия – автомобильного моста – передвигались короткими перебежками. Оттуда до домов на окраине Дебальцево было еще метров 200. Это был самый опасный отрезок пути, стоивший жизни десяткам наших бойцов.

— Первая группа бойцов вошла в крайние дома, выбив оттуда укропов 9-го февраля и удерживала плацдарм в течение недели. Эти ребята, каждый из них достоин звания Героя. Я уверен, что в будущем так все и будет.

Одна из самых укрепленных позиций ВСУ был блокпост на так называемой Шлачке. Взять его сходу не удалось. Пришлось предпринять несколько атак, прежде чем он был взят. В одной из них нашим бойцам пришла помощь с неожиданной стороны. Позиции снайпера и расчета крупнокалиберного пулемета «Утес» были сметены восемью выстрелами из танковой пушки. Загвоздка в том, что это был украинский танк. Экипаж был искренне уверен, что блокпост уже под контролем ополчения и не жалел снарядов.

Когда Шлачка была взята, оказалось, что провизии и боеприпасов в ее подземных складах хватило бы еще на месяц ее обороны.

— Окончательно убеждаюсь, что мы сломали дух сопротивления. В таких катакомбах можно было биться не один месяц. Вот что значит быть оккупантами — доказательство того, что эти военные не защищали и не обороняли свою Родину, так как все это «богатство» было брошено в паническом бегстве крыс с тонущего корабля.

Первое знамя нашей победы в Дебальцево было водружено именно на этом блокпосту.

Картина разгрома

Враг был сломлен и духовно и физически. Только на одной из украинских позиций наши бойцы взяли в плен 92 человека. Их командир собирался сопротивляться до последнего, вызывая огонь на себя. По его приказу были расстреляны четверо солдат, пытавшихся сдаться. Напряженные переговоры о сдаче шли долгие шесть часов. В конце концов, украинские солдаты выбрали плен, а не бессмысленную смерть.

— Ни у одного из них не было даже технического образования, это все были трудяги, и работяги из сел и деревень. Им не нужна эта война, их вели на убой недалекие политики Украины.

«Освободители» бежали налегке, оставляя ополчению технику, вооружение, боеприпасы, продукты в огромных количествах. В вырытых ямах — сотни килограммов различных продуктов: консервы, крупы, тушенка, сало в банках и еще много всякой снеди. После боев местные жители собрали все до крошки.

— Нашим тыловикам достались сотни буржуек, кроватей и всякого тылового барахла столько, что вывозить все это дело приходилось целыми колоннами.

Оставили ВСУшники и следы тотального грабежа. Ожесточенные бои не дали воспользоваться услугами «Новой почты» — и мародерские склады так и остались забитыми разным добром, иногда даже не добром, а откровенным хламом. Открыв двери склада, я поразился всему хламу, собранному ими здесь. Чего здесь только не было: от рваных ботинок до ржавых глушителей от «Жигулей».

Дебальцево было полно следов разгрома и панического бегства. И здесь же наши бойцы наткнулись на ужасающий памятник человеческого бездушия. В окопе лежал труп молодого украинского солдата. Его боевые «товарищи», если можно так сказать, использовали в качестве подстилки, чтобы не мочить ноги в луже. На одежде убитого было множество следов от сапог.

— После боя мы его вытащили из этого окопа с неимоверными трудностями, вывезли в тыл и передали украинской стороне.

Отвечая на попытки украинских политиков и военных представить Дебальцевский котел как победу украинской армии Юстас замечает:

— В лобовую атаку на Дебальцево 22 января 2015 года я пошел со своим подразделением «Рим» на трех БМП, одном БТР и одном танке: на город с гарнизоном укропов более восьми тысяч. Со стороны Стаханова на укрепрайоны вооруженных до зубов укропов начали наступление казаки Дремова (Первого казачьего, а впоследствии 6-го отдельного мотострелкового казачьего полка имени Матвея Платова под командованием Павла Дремова — «Луганск-1») и ополченцы Луганщины, не более полутора тысяч бойцов. За месяц кровопролитных боев мы не только окружили группировку укропов, но наголову разбили и заставили бежать, при этом бросив сотни единиц техники, орудий и сотни тысяч боеприпасов. Потому что наше дело — правое, и мы гнали врага с родной земли.

image003

image070

image091