Миф о «битве под Крутами»: от фальсификаций до официоза

Виталий ДАРЕНСКИЙ, «Луганск-1»
Мечта любого патриота – иметь в истории своей Родины такой же яркий героический эпизод, как легендарная битва при Фермопилах.Такую возможность предоставляет украинцам бой под Крутами, состоявшийся 29 января 1918 года в ходе войны между Украинской Народной Республикой (УНР) и советской России.

Согласно уже официальному, вложенному даже в уста Порошенко, мифу, когда пятитысячная армия генерала Муравьева приблизилась к Киеву, у Центральной Рады не оказалось войск, способных удержать противника. И тогда на пути врага встали три сотни патриотически настроенных студентов, впервые взявших в руки оружие. Часть их погибла, часть попала в плен и была замучена большевиками.

Во время похорон погибших студентов на Аскольдовой могиле 19 марта 1918 года кто-то из выступавших сравнил их подвиг с деяниями героических спартанцев под Фермопилами. Вскоре это сравнение стало неотъемлемым атрибутом Крут. Авторы как исследований, так и мемуаров прямо называли Круты «украинскими Фермопилами».

Постепенно абстрактное сравнение приобретало все более красочный облик, а реалии боя стали забываться, уступая место мифу о 300 студентах, которые героически сражались против большевиков.

Как и в случае с «президентом» Грушевским, автором мифа о Крутах является историк в эмиграции Дмитрий Дорошенко, который первым придумал тенденциозную и далекую от реальности картину боя в своем исследовании «Пам’яті тих, що полягли під Крутами» (1921 год). То же самое он написал позже в своей известной книге «Історія України 1917-1923».
Согласно его интерпретации, кроме студентов, под Крутами вообще не было украинских войск. Дорошенко также утверждал, что юные герои УНР были «наполовину дети, которые никогда перед этим не держали оружия в руках». К тому же они были «позорно покинуты своим командованием». Книга Дорошенко выдержала несколько переизданий и до сих пор остается главным источником политической фантазии о Крутах, превращенной в историю.

В годы независимости Украины данные о бое были взяты именно из эмигрантской литературы. «Относясь к этим источникам без критики и сомнений, отечественные историки перенесли все мифы и стереотипы в свои научные работы», – рассказывала научный сотрудник Института истории Украины Елена Бойко.

По ее словам, наиболее распространенным было утверждение, что в бою под Крутами приняли участие только 300 студентов и гимназистов Студентского куреня, и практически все они погибли. «Этого («обаяния» фальсификаций. – В.Д.) не избежали даже известные ученые, — констатировала Бойко. – Некоторые авторы акцентировали внимание именно на трагическом исходе боя и расстреле пленных студентов. Такие же версии, еще и с добавлением авторской фантазии, преобладают в сегодняшней художественной литературе».

На самом деле в бою принимали участие около 600 студентов. Четыре сотни Первой киевской юношеской школы им. Б. Хмельницкого (около 400 юнкеров), первая сотня Студенческого куреня Сичовых Стрельцов (116-130 воинов) и 20 старшин. Часть из них уже успела повоевать на фронтах Первой мировой войны.

В плен попали только 27 студентов, которые, отступая в темноте, напоролись на большевиков. Действительно, украинская сторона потеряла более трехсот человек убитыми, но они не были расстреляны, а погибли в ходе боя.

В середине 1990-х появились исследования, где авторы, критически анализируя существующие источники, стали трактовать события под Крутами не как историю патетического расстрела героических студентов, а как типичный боевой эпизод войны. Но история как наука продержалась в истории Украины недолго. Все попытки исторического исследования эпизода войны постепенно были пресечены. А после «майдана» и государственного переворота, когда новая киевская власть особенно остро стала нуждаться в «национальной» мифологии и средневековом символизме, Круты приобрели «крутизну» официальной идеологии.