Юрий КУЧЕР: «Геноцид как преступление не имеет срока давности»

Александр БЕСЕДА, «Луганск-1»

28 января на республиканском круглом столе «Слово о войне» доцент кафедры правоведения ЛГУ имени Владимира Даля Юрий Кучер выступил с докладом «Геноцид как инструмент украинской политики по возврату контроля над Донбассом: уголовно-правовой аспект». В докладе обосновывалась правомерность предъявления украинскому руководству и рядовым исполнителям в лице военнослужащих и членов территориальных батальонов обвинения в геноциде народа Донбасса. О проблеме корреспондент «Луганска-1» беседует с его автором.

— Юрий Александрович, есть ли правовые основания для обвинения украинских военнослужащих и руководства Украины в геноциде народа Донбасса?

— Еще собраны не все факты, но мы можем четко проследить тенденцию в политике Украины, которую можно назвать геноцидом против народа Донбасса. Она подтверждалась и российскими правоохранителями. Мы помним, что Россия в свое время возбуждала уголовные дела, например, против Гелетея и других должностных лиц по геноциду. Была целая серия дел вплоть до командиров отдельных подразделений по статье 357 УК РФ «Геноцид».

Мы можем привлекать по Уголовному кодексу Луганской республики не только за общеуголовные преступления. За действиями Украины прослеживается цель частичного или полного уничтожения народа Донбасса. Обвинения нужно предъявлять, начиная с простого военнослужащего, так как там общий субъект. Те же артиллеристы, которые знали, что они стреляют по жилым домам, объектам инфраструктуры и жизнеобеспечения, детским садам, школам, больницам, электроподстанциям. Они же понимали, что это ведет к ухудшению жизненных условий, создает неприемлемые обстоятельства, когда народ Донбасса вынужден находиться на грани выживания.

Если бы не было Российской Федерации, то здесь неминуемо разразилась бы экономическая и гуманитарная катастрофа, и это был бы закономерный результат действий украинской власти. Каждый военнослужащий, выполняющий преступные приказы, не может быть освобожден от ответственности. Он должен быть привлечен не только за убийства, грабежи, изнасилования, различные преступления против собственности, против прав и свобод человека и гражданина — ему можно вменять и геноцид.

Никто не может запретить это сделать. У нас ведь есть 440-я статья Уголовного кодекса ЛНР, вводящая ответственность за геноцид. Почему мы этого не делаем?

Ждать, пока международный уголовный суд что-то решит, пока нас признают как государство — это очень долго. Украина в ее нынешнем состоянии никогда не признает, что она совершала геноцид. Они будут говорить, что воюют за восстановление территориальной целостности. Их позицию можно понять, но эта власть ведь не вечна. Придет другое правительство, и придется признать очевидные факты. На Украине тоже есть ответственность за геноцид, предусматриваемая 442-й статьей УК. Но пока, в силу объективных причин, она не работает. Но все течет, все изменяется.

— Что нужно делать для того, чтобы начать процесс?

 — Достаточно открыть уголовный кодекс, ведь у нас же есть соответствующая статья, есть правоохранительные органы. Что им препятствует предъявить обвинение и провести всю процедуру возбуждения уголовного дела, предъявления обвинения, направить дело на рассмотрение в суд?  Или мы рассчитываем на то, что только Россия применяет подобную статью? Но здесь не территория России. РФ может мотивировать возбуждение дел своими национальными интересами, нас же это касается непосредственно. Это будет, кстати, и легализацией нашего законодательства и создаст прецедент для того же международного суда. Если здесь будут возбуждены многочисленные дела по геноциду, никто не сможет их просто так игнорировать, как бы и кто бы это ни отрицал. Есть же национальное законодательство. На уровне своего государства никто не сможет запретить нам это сделать. Единственное, что требуется от нас — доказать состав преступления.

— Поможет ли это добиться признания преступлений международным сообществом?

— Международные отношения — процесс динамический. Сегодня одно отношение к этой проблеме, завтра — другое, как, скажем, было с геноцидом армян. Никто его не признавал раньше, кроме самой Армении, но постепенно ситуация изменилась. Сейчас и Россия признала этот геноцид. И никуда от этого не деться, потому что объективная истина всегда пробьет себе дорогу. Но прежде чем решить проблему на международном уровне, мы должны решить ее здесь. Зачем нам ждать, когда какой-нибудь дядя за океаном разрешит нам признавать геноцид или не признавать. Мы сами видим, как страдают люди, как сжимает тиски блокада. Не было бы гуманитарных конвоев, что бы здесь было? Все бы вымерли. Разве это не геноцид?

Понятно, что нужно, чтобы наши правоохранительные органы встали на ноги. У них пока мало опыта. Еще нет года, как появился наш Уголовный кодекс. Но он начинает действовать, и мы можем применять его в полном объеме. Законодательство позволяет это делать. Можно привлекать как рядовых бойцов тех же территориальных батальонов, так и выдвигать обвинения в адрес высоких должностных лиц. Можно же предъявить обвинение тому же Ярошу.

На Украине создают разные сайты вроде «Миротворца», но это все — сотрясение воздуха, это незаконно. А если мы на законных основаниях возбудили уголовное дело о геноциде и ожидаем, когда к нам попадет фигурант по этому делу — совсем другая ситуация. Психологическое влияние этого шага будет намного сильнее. Они будут знать, что они признаны преступниками против мира и безопасности человечества, и где бы они ни находились, их неминуемо ждет наказание.

— Есть ли опасность того, что со временем дело о геноциде могут просто замять?

— Геноцид как преступление не имеет срока давности. Таким образом, мы можем привлекать не только тех, кто нами задержан, но возбуждать дела против высших должностных лиц Украины уже сейчас, уже сегодня. В отношении тех же руководителей так называемой «АТО». Сейчас открывать дела, и они будут лежать и ждать, когда появится возможность провести процедуру по полной процессуальной форме, как это предусмотрено Уголовно-процессуальным кодексом. Можно, наконец, объявлять их в розыск.

В любом случае, это шаги к легализации, созданию политико-правовой базы для того, чтобы нас признали в том или ином качестве. Применение нашего законодательства — тоже элемент легализации, один из необходимых этапов. Чем больше будет таких действий, тем больше у нас будет государственности, больше шансов, что нас признают на международной арене.