«Новая информационная реальность»: война против разума

Александр ОРЛОВ

На минувшей неделе в Далевском университете прошел Международный круглый стол «Геополитические аспекты информационных войн в ХХI веке. Донбасс и мир», на котором обсуждались вопросы противостояния информационной агрессии, ставшей сегодня едва ли не ключевым инструментом войны. «Луганск 1» беседует с участником заседания, луганским публицистом Сергеем Прасоловым.

Сергей Николаевич, насколько актуальна проблематика, обсуждаемая на круглом столе, и в состоянии ли сегодня жертвы информационной агрессии противостоять ее мощнейшему давлению?

Об актуальности проблем, которые обсуждались учеными, общественными деятелями, студентами, говорит уже сам ваш вопрос – в состоянии ли обычный человек противостоять манипулятивным технологиям, превращающим величайшее достижение человечества – свободный доступ к информации – в средство управления его сознанием? В том-то и дело, что уже не в состоянии, и смириться с таким положением дел – значит признать полное поражение разума перед невиданным подъемом сил, превращающих нас в немыслящую материю, способную только к инстинктивным реакциям. Поэтому, во-первых, необходимо объединяться всем, кого не устраивает роль жертвы, пассивного объекта манипуляций, разъяснять себе и другим, кто, почему и как пытается лишить нас сознания, и, естественно, активно сопротивляться погружению общества в безумие.

Какие выступления запомнились?

Спорное, но интересное выступление Дмитрия Цыбакова, доктора политических наук из Орла. По его мнению, «информационная война» – образное выражение, а для анализа реального положения дел в научном плане необходимо использовать понятие «информационно-психологическая операция».

Весьма любопытным был доклад доктора социологических наук, профессора кафедры социологии Далевского университета Андрея Яковенко, посвященный социальным парадоксам сетевого обучения в контексте информационных войн. Сегодня в моде дистанционное обучение, но может ли оно быть целостным процессом, который взаимно обогащает преподавателя и студента, если нет общей образовательной среды? Это чрезвычайно серьезная проблема современного образования с его «инструментальным» подходом к человеку, рассчитанным на то, чтобы сформировать из него исключительно инструмент экономики или идеологии.

Запомнилось мне и выступление гостя из Бразилии, процитировавшего строки из знаменитого стихотворения Поля Элюара «Свобода». Он говорил о том, что политические настроения в его стране качнулись в пользу крайне правых, сравнил ситуацию с тем, что происходит на Украине и поддержал борьбу за свободу жителей Донбасса.

Ваша тема?

Журналистика в «новой информационной реальности».

О чем речь?

О принципиально новой ситуации, созданной в сфере массовых коммуникаций. Мы справедливо говорим об искажении реальности пропагандой, дезинформацией, постправдой, но «хозяевами мира» уже формируется масштабный информационный слой, который полностью подменяет действительность выгодными им на данный момент представлениями. Недавно трое ученых, Хелен Плакроуз, Джеймс Линдси и Питер Богосян, опубликовали в австралийском журнале  «Арео» статью «Научные исследования недовольств и конфликтов и развращение науки», в которой рассказали, как они в солидных научных журналах продвигали абсолютно несуразные и неприемлемые идеи, и их работы после рецензирования публиковали. Они сделали страшный для всех нас вывод: для тех, кто «конструирует» представления, даже наука с ее объективными критериями знания является откровенным проявлением расизма и шовинизма. В еще большей мере это касается философии и культуры. Наше сознание – сознанное бытие, и человека лишают его, содержа в клетке искусственно созданных иллюзий. В духе «дивного нового мира» Олдоса Хаксли это явление можно назвать «новой информационной реальностью».

Если пропаганда искажает действительность под «нужным» углом зрения, то для своей эффективности она все-таки должна опираться на действительность. В «новой информационной реальности» действительность – экзистенциальная угроза, она мешает комфортному существованию в той, что создана для массового потребления, и должна быть полностью удалена.

Если информационные войны рассматриваются как элемент геополитики, «горизонтального» противостояния враждующих сторон, то «новая информационная реальность» – проявление «вертикальной» войны, войны «верхов» против «низов», войны со способностью человека мыслить, выходить за границы навязанных представлений к той самой действительности, которая априори считается уродливой. Она создает публику без убеждений, готовую жить в «вечном сегодня», навязанном средствами массовой информации.

Другими словами, средства массовой информации превращаются в инструмент войны «элиты» с обществом, мыслящим человеком?

Не только. Журналистика перестает быть собой. В журналистике действительность обретает свое более или менее верное отражение, журналистский текст, начиная от новости и заканчивая публицистикой, становится собственно текстом только потому, что создатели наполняют их реальным содержанием. В «новой информационной реальности» остаются только формальные признаки текста, а сам он превращается в систему посылов-внушений, в которой явления действительности – всего лишь интерпретируемая условность и средство для давления на психику, для суггестивной атаки. Таким образом, то, что мы все еще называем средствами массовой информации, бомбардирует разум, низводя поведение человека до бессознательных, инстинктивных реакций, погружая его в состоянии полной неопределенности, коллективного сна.

Может, вы, как говорят, нагнетаете? Или невозможное становится возможным?

Не нагнетаю. К сожалению. И вот еще: эта война против разума сопровождается репрессивной практикой, которую преподносят как победу свободы над уродливой действительностью с ее «традиционной» культурой, философией и наукой.