Историческая правда: «Мы живем сейчас по сути в концлагере»

Алина СИНИЦЫНА, «Луганск-1»

В Станице Луганской – ежедневные огромные очереди к пешеходному переходу. Со стороны Луганской Народной Республики на посту лишь проверяют документы у стариков, пересекающих границу. А вот на украинской оборудован полноценный таможенный пункт с проверкой электронных пропусков.

«Таможенный пункт установили – значит, вроде, как будто нас признали государством, — смеется старший поста Николай Кузьмин.

Почему же очереди? Ведь разницы в ценах на продукты в Луганске и Станице практически нет. Кто-то едет в Луганск, чтобы купить товары, которых в Станице нет, кто-то возвращается, проведав то, что еще не разграбили «освободители», и подгребая из погребов остатки варений-солений, кто-то хочет проведать «за границей» родных.

Время от времени жители «той стороны» украдкой передают письма для солдат ЛНР. В них нет имен и адресов, но есть правда о реальной жизни и истинные чувства, которые местные жители вынуждены скрывать. Одним из них бойцы поделились с «Луганском-1».

В нем неизвестная жительница обращается к воинам Республики как к «последней надежде на выживание» и рассказывает о жизни в Станице. Приводим его основную часть без купюр и исправлений.

«Они на нашей земле уничтожают нас в многочасовых очередях на холоде. Все, что еще есть — это хрупкая надежда на мир, что как и в Луганске, мы однажды тоже заживем, как и раньше одной большой семьей. Люди еще верят, что и в нашей многострадальной Станице Луганской будет ЛНР, и не надо будет считать последние копейки на хлеб, прятаться при первых сумерках по своим норкам и подвалам при облавах, трястись, что отберут продукты, вещи, телефоны. Устали жить в страхе, боимся до потери пульса, что отберут документы и превратят в рабов. К вам рукой подать, но, все же, вы так далеко. Мечта уже многолетняя, что задышит свободой мой край и я спокойно выйду на улицу не оглядываясь по сторонам от выстрелов, смогу жить, как раньше, иметь работу и хлеб, дружить с кем хочу, общаться, любить, видеть близких, что, к сожалению, сейчас невозможно — мы живем сейчас по сути в концлагере», — пишет местная жительница.