Будапешт требует особого статуса для венгерского языка на Украине

Глава МИД Венгрии Петер Сийярто заявил, что Венгрия «будет сопротивляться», если новый украинский закон о языках, который придет на смену отмененному «закону Кивалова-Колесниченко», не даст венгерскому языку статус официального. Об этом министр рассказал в интервью «Европейской правде».

Он также заявил, что права венгерского меньшинства не должны сокращаться, а статуса официального для венгерского языка на Украине требует международное право.

«Есть фундаментальный принцип, из которого мы исходим: по международному праву, уже предоставленные меньшинствам права не могут уменьшаться. И если до этого наличие 10% венгров в населенном пункте или в районе позволяло определять язык этого меньшинства как официальный, а новый закон поднимет эту планку до 33% – то мы будем возражать», – заявил Сийярто.

По словам дипломата, Венгрия понимает, что украинское правительство стремится «снизить российское влияние», в том числе путем принятия соответствующего закона о языке. Но Будапешт не согласен с тем, чтобы это «отразилось на венгерском обществе».

«У меня один вопрос: если речь идет о русском языке, то, как в этой картине появились мы, венгры? Мы хотим выйти оттуда! Такое впечатление, что Венгрия просто попала под раздачу! Но в любом случае – сопутствующие ли это разрушения, или так и планировалось, но ваши действия бьют по нам», – отметил Петер Сийярто.

При этом он опроверг обвинения о том, что в ситуации с образовательным законом Будапешт действовал под влиянием России.

«Нам известно о некой «мягкой дипломатии», когда преднамеренно распространяли слухи, мол, мы действуем под влиянием России. А это – просто ложь! Нам не нужна никакая Россия, чтобы определить, как защищать свое меньшинство», – заявил Сийярто.

Министр утверждает, что Венгрия «не пророссийская и не проамериканская. Она – провенгерская».

«Мы независимое государство и нас не волнует, что думает Россия о нашей политике в отношении меньшинств. Мы знаем одно: на Закарпатье венгры, их – примерно 150 тысяч, и мы стремимся защищать их права. И мы, в случае необходимости, будем защищать их от любого – от США, от России, от Новой Зеландии, от кого угодно», – добавил он.