«Стрелять по всем на Майдане». Грузинские снайперы рассказали о заказчиках

Андрей ВЕСЕЛОВ, РИА Новости

В результате снайперского обстрела, открытого неизвестными 20 февраля 2014 года на Майдане в Киеве, погибли 53 человека – 49 демонстрантов и 4 правоохранителя. Оппозиция и представители Запада обвинили в организации обстрела Виктора Януковича.

После смены власти на Украине было начато официальное расследование, но преступники не найдены до сих пор. Корреспондент РИА Новости Андрей Веселов встретился с предполагаемыми снайперами, выходцами из Грузии. Они заявили, что приказы стрелять отдавали лидеры украинской оппозиции. При этом приказ был — стрелять в демонстрантов, а не только в правоохранителей, чтобы ожесточить толпу.

Они боятся говорить

О «грузинском следе» на Майдане еще в 2014 году первым заявил генерал Тристан Цителашвили, экс-командир элитного подразделения грузинской армии «Аваза». Цителашвили принимал участие в боевых действиях в августе 2008 года в Абхазии во время «пятидневной войны». Потом Цителашвили и Михаил Саакашвили стали врагами. Как рассказывает военный, его допрашивали по делу «заговора генералов», пытаясь навязать вину за проигрыш в кампании.

Цителашвили в интервью рассказал о снайперах подробнее: «Часть из них — это мои подчиненные в грузинской армии. Некоторые все еще находятся на территории Украины, принимают участие в боевых действиях. Другие вернулись. Они долгое время боялись говорить. И сейчас тоже боятся. Как ненужных свидетелей их могут просто ликвидировать».

«В народе нас называли зондеркомандой»

Одним из бывших подчиненных Цителашвили был Коба Нергадзе. В грузинской армии он  дослужился до звания старшего лейтенанта, а в  2006 году перешел в Службу безопасности (СБ) Министерства обороны Грузии.

Нергадзе участвовал в спецоперациях против контрабандистов в 2003-2004 годах в Эргенети — районе между Грузией и Южной Осетией:

«Мы боролись с контрабандой. Регион был поделен между грузинскими и осетинскими коммерсантами. Порой возникали конфликтные ситуации, в том числе — прямые столкновения с осетинскими вооруженными силами. Наша бригада потеряла тогда 11 или 12 человек, точно не помню. Общие потери грузинской армии — 45 человек», — рассказывает Нергадзе.

В Службу безопасности Нергадзе попал по протекции Мамуки Мамулашвили — командира так называемого «Грузинского легиона», который объединяет добровольцев из Грузии, отправившихся воевать на юго-восток Украины для поддержки вооруженных сил страны.

Нергадзе рассказал, что СБ официально занималась охраной митингов в Тбилиси. На самом деле – выполняли задачу наблюдения за демонстрантами и подавления оппозиции. По приказу командиров избивали лидеров оппозиции, причем обычно действовали в масках.

«В народе нас прозвали «зондеркомандой». Обычно сотрудники службы скрывали место работы, и то, чем они занимались», — признается Нергадзе. Делали это не бесплатно. Коба рассказал, что, например, за избиение оппозиционного депутата им платили тысячу долларов США.

В декабре 2013 года Мамулашвили собрал на совещание «десятников» — лидеров «десяток» агентов. Среди десятников был и Нергадзе. Другие известные ему «десятники» — Георгий Саралидзе, Мераб Кикабидзе, Давид Макиашвили. На совещании была поставлена задача срочно выехать в Украину «для помощи протестующим».

Группе Нергадзе выдали 10 тысяч долларов, еще 50 тысяч обещали после возвращения. В Украину добирались по чужим паспортам. У Нергадзе, по его словам, был паспорт на имя Георгия Карусанидзе.

В Киеве группа каждый день ходила на Майдан. Поставленная ей задача – следить за порядком, пресекать пьянство, выявлять представителей власти. Новый год Нергадзе встретил в гостинице «Украина», которую на тот момент уже заняли оппозиционеры.

Среди бывших грузинских военных, прибывших в Киев в разгар волнений, был и Александр Ревазишвили. В армии был снайпером, затем стал активистом организации сторонников Саакашвили «Свободная зона», которой  руководил Коба Хабази. Ревазишвили, как он рассказывает, «внедрялся в ряды оппозиционеров, устраивал драки и провокации». Хабази познакомил Ревазишвили с Мамулашвили, и тот заинтересовался отставным снайпером.

В середине февраля Ревазишвили, Хабази и еще четверо бойцов из «Свободной зоны» прилетели в Киев рейсом авиакомпании МАУ. Их поселили на улице Воздухофлотской, потом перевели в захваченную оппозицией консерваторию.

Задача – создать хаос

Нергадзе рассказал, что 14 или 15 февраля старших групп – его самого, Кикабидзе, Макиашвили, Саралидзе, и еще нескольких человек, имена которых он не помнит, вызвали в отдельный номер на третьем этаже гостиницы «Украина». Андрей Парубий (в период волнений в Киеве — «комендант Майдана», с 2016 года — спикер Верховной Рады. — Ред) и Сергей Пашинский (политик и бизнесмен, народный депутат Украины — Ред.) попросили их помочь украинскому народу, но не уточнили, в чем будет состоять задание. К этому времени, по словам Нергадзе, у демонстрантов уже было оружие: он видел пистолеты и охотничьи ружья.

В номере гостиницы тогда также был некий Кристофер Брайн, которого представили как бывшего американского военного.

Через несколько дней, вечером 19 февраля, по словам Нергадзе, в гостиницу опять пришел Сергей Пашинский с несколькими незнакомыми парнями. Из больших сумок они достали карабины СКС, автоматы Калашникова калибра 7,62, винтовку СВД и какой-то карабин иностранного производства. Пашинский объяснил, что это оружие потребуется «для защиты», но на вопрос Нергадзе, от кого защищаться, не ответил.

Тогда же Мамулашвили объяснил Нергадзе, что у них будет особое задание: «необходимо создать хаос на Майдане, применив оружие по всем целям, протестующим и полиции, — разницы нет». Деньги за командировку обещал заплатить только после выполнения «задания».

Снайпер-провокатор

Как рассказывает Ревазишвили, в тот же день оружие принесли и в консерваторию: «Пришли Мамулашвили, Саралидзе по кличке Малыш и еще примерно десять человек, остальных я не знаю. Мамулашвили поинтересовался нашим настроением. Они смеялись. Кто-то спросил у Мамулашвили по-грузински: «Где Миша»? Тот ответил: «У Пороха». Потом они ушли.

Через некоторое время Пашинский и еще несколько человек внесли в помещение сумки с оружием. В основном карабины СКС. У самого Пашинского в руках был автомат Калашникова с открытым прикладом».

Помимо делегации из Грузии, при разговоре присутствовал руководитель одной из майдановских «сотен» Владимир Парасюк. В дальнейшем он стал народным депутатом Украины и командовал четвертой ротой батальона «Днепр».

Ревазишвили рассказывает, что Пашинский попросил его помочь с выбором позиции для стрельбы. Предположил, что ночью «Беркут будет штурмовать консерваторию, и Майдан могут разогнать».

Стрельба по всем целям

Первые выстрелы, как рассказывает Ревазишвили, прозвучали примерно в четыре или пять часов утра со стороны Октябрьского дворца:

«Пашинский вскочил, схватил рацию и стал кричать, чтобы прекратили огонь, и что еще не время. Стрельба сразу прекратилась. Примерно в 7:30 утра (может, позже) Пашинский приказал всем приготовиться и открыть огонь. Делать по два-три выстрела и сразу менять позицию. Стрельба велась примерно 10-15 минут. После этого нам приказали бросить оружие и покинуть здание».

Ревазишвили понял, что для него украинская командировка может закончиться печально, и ретировался в тот же день. Тогда, по его словам, люди на улицах были озлоблены, думали, что стрелял «Беркут». Другие предполагали, что огонь открыли свои. «Я понял: меня могут прямо здесь растерзать, если все узнают…. Ушел, гулял по Майдану. Потом взял такси и уехал в аэропорт».

«Рано утром 20 февраля, примерно в восемь часов, я услышал выстрелы со стороны консерватории. Через три-четыре минуты группа Мамулашвили открыла огонь из окон гостиницы «Украина», с третьего этажа. Стреляли парами. После выстрела переходили в следующую комнату и опять стреляли. Когда все закончилась, нам велели уходить. В тот же день вместе с моим другом Бежо мы улетели в Тбилиси».

Большую часть оплаты за стрельбу на Майдане Коба Нергадзе не получил.

***

Коба Нергадзе и Александр Ревазишвили готовы подтвердить свои слова в украинском суде. В распоряжении редакции РИА Новости находятся копии официальных показаний, которые они дали адвокатам Александру Горошинскому и Стефану Решко, представляющим в Святошинском районном суде Киева интересы бывших сотрудников спецподразделения «Беркут». Также в распоряжении редакции есть копии авиабилетов, подтверждающие прилет Нергадзе и Ревазишвили в Киев во время событий на Майдане.