Судебное рассмотрение дела о трагедии 2 мая в Одессе находится под угрозой развала

В ходе рассмотрения дела о трагедии 2 мая в Одессе в городском суде Ильичёвска выяснилось, что материалы дела содержат массу ошибок и противоречий, ставящих под угрозу саму возможность завершения судебных слушаний. Об этом сообщает одесский портал «Таймер».

В частности, возникли нестыковки между основными материалами дела и доказательствами, недавно приобщёнными к делу по ходатайству прокуратуры. К примеру, в обвинительном акте значится, что погибший на Куликовом поле «евромайдановец» Игорь Иванов скончался на месте событий 2 мая, тогда как в приобщённом к делу заключении эксперта говорится, что Иванов умер в больнице, и не 2, а 3 мая. При этом на самом деле Иванов действительно скончался в операционной, но не 3 мая, а всё-таки 2, так что по факту ошибочными являются сведения обоих документов.

Аналогичная путаница – с потерпевшим Закревским: согласно одному документу, он получил телесные повреждения на улице Преображенской около 17:00, согласно другому – на Греческой в районе 17:40, а два других документа вообще гласят, что Закревский был ранен на Куликовом поле около 19:00, следовательно, вообще не имеет отношения к делу о событиях на Греческой площади и в её окрестностях, которое рассматривается судом.

Кроме того, к всеобщему удивлению выяснилось, что версия обвинительного акта, которой оперирует гособвинение, отличается от той, которая была представлена в суде: к примеру, судьи были немало удивлены, услышав от представителей гособвинения о потерпевшем гражданине Крапко, который в представленных суду материалах до сих пор отсутствовал.

Однако главной проблемой является то, что, по всей видимости, часть потерпевших, числящихся как пострадавшие в ходе столкновений в центре Одессы, на самом деле получили телесные повреждения на Куликовом поле. Это значит, что они не могут являться потерпевшими по данному делу и должны быть исключены из их перечня. А это повлечёт за собой изменение обвинительного заключения и обвинительного акта, то есть, дело 2 мая придётся начинать рассматривать заново. Иными словами, 2,5 года судебных слушаний прошли напрасно.