«Для меня война в Донбассе – это моя боль, ужас и шок…»

Андрей ЧЕРНОВ

Писатель, лауреат литературной премии имени Михаила Матусовского, человек года в Луганске в области литературы за цикл передач о родном крае (2012), Елена Руни уехала из Луганска ещё до трагических событий 2013-2014 годов. Живёт в Испании, но мыслями и душой она продолжает быть с родным городом. Боль земляков для неё – не чужая. Об этом и многом другом – в эксклюзивном интервью Елены Руни порталу «Луганск 1».

– Елена Анатольевна, вы уже несколько лет живёте в Испании. Расскажите, как испанцы воспринимали и воспринимают украинский кризис и войну в Донбассе?

– Испания воспринимала события госпереворота на Украине и войну в Донбассе именно так, как подавали местные, испанские, и европейские СМИ: как революцию просветленного народа, свергнувшего режим тоталитарный и установившего демократию…

Они все знали, как беззаконно и подло произошло нападение России на Украину с вероломным отторжением Крыма под дулами автоматов русских военных. И как сепаратисты Донбасса не поддержали демократическую революцию достоинства в своей стране, решили отделиться, разорвать нерушимость государственных границ. А тиран-империалист Путин поддержал их оружием и войсками и начал бомбить… в принципе, их же. Тот же Донбасс. Но на эту тему нестыковок уже никто не заморачивался.

Это Испания. Здесь все боятся и ненавидят Путина, потому что он нетолерантен, не демократ, потому что он агрессор и кровавый диктатор. Тема диктатора до сих пор болезненна для испанцев, потому что после Франко они очень не хотят опять стать зависимыми рабами, они за плюрализм и демократию. Если учесть, что при злодее Франко их родители много работали, но имели многочисленные дома, виллы, деревенские усадьбы, квартиры, сады и огороды, от 3-4 и больше на семью, а сейчас они сами имеют квартиры в кредит и безработицу, то начинаешь подозревать их в отсутствии логики и повышенной внушаемости.

– Испанцам не только тема диктаторских режимов знакома, но и сепаратизм…

– Боязнь сепаратизма у испанцев в крови: их Каталония постоянно грозит отделиться, и они категорически не приемлют разделение страны и нарушение границ. Но испанцы вменяемы. Когда у них спрашиваешь, стал бы Мадрид запрещать каталанский язык, унижать его носителей, а потом бомбить Барселону за призывы не признать новое правительство, выбранное антиконституционным путем, и призывы к федерации, они приходят в ужас. Они не верят. Испанцы говорят, что всегда можно договориться. И незачем запрещать язык. И нельзя убивать полицейских на площади, которые защищают порядок. И неправильно изгонять президента и грабить страну. И нужен закон… И армия не воюет со своим народом…

– Но хоть какая-то правда о киевском режиме доходит в Европу? Известно ли о преступлениях украинских неонацистов?

– Когда в европейских СМИ прошла информация о батальоне «Торнадо», испанцы были в шоке. Они не понимали, как правительство Украины могло это допустить. Они говорили о «Торнадо» несколько дней, повторяя новости. А потом забыли. Потому что это слишком страшно или гадко, чтобы помнить каждый день…

– Для них это, наверное, как фантастический фильм. Что тогда говорить об «одесской Хатыни»!

– В Одессу они тоже не верили. Даже с фотографиями… Они говорят, что этого не может быть, потому что это нереально. Это страшный абсурд. Не может в наше время в европейской стране процветать средневековая жестокость. А Испания знает толк в Средневековье…

Меня удивил разговор с пакистанцем в 2014 году, когда война только началась. Узнав, что я из Луганска, он стал кричать: «Так нельзя! Почему вы такие глупые?» Я подумала, что он сейчас опять будет ругать за сепаратизм и связь Луганска с Россией… Я привыкла.

Но он сказал: «Вы глупые, потому что ваша Украина никому не нужна. Ни Европе, ни США. Вас никогда не возьмут в Евросоюз! У вас есть один родственник – Россия. Только она вам поможет. ЭТО БРАТСКАЯ СТРАНА, ОДИН НАРОД. Только с ней вы должны создавать союзы и с ней строить свое будущее…».

Я была поражена. И в будущем снова и снова убеждалась, что иностранцы – китайцы, индусы, арабы, пакистанцы – понимают, что все гораздо сложнее, чем пытаются здесь преподнести.

– Испания поддерживает киевский режим?

– Испания не с Россией. Но и Украина ей не нужна. Каждый сам за себя. Они говорят о правах человека, о толерантности и человечности, о помощи беженцам и не верят, что грабежи, убийства и насилие продолжаются на Украине под маской восстановления справедливости и воспитания патриотизма. Они простые, спокойные и не хотят проблем.

– Правдивая информация может поступать и не через СМИ. Привносят ли правду живые люди, приезжающие из Украины, Донбасса? Вы что-нибудь знаете об этом?

– Испания 2,5 года назад начала принимать беженцев из Украины. Всемирная организация Красный Крест по подписанному в Цюрихе соглашению обязана принимать людей из зоны военного конфликта (даже при необъявленной войне) и помогать с поселением, питанием и документами.

Не поверите, в 2014 году из Украины бросились в Европу, в том числе и Испанию, в основном выходцы из западных областей. Я была в то время на благотворительных пунктах приема и расселения беженцев.

Приезжали как богатые, урвавшие жирные куски во время общей сумятицы и эвакуации из Луганска представители правоохранительных структур и среднего бизнеса, приезжали дончане, вырвавшиеся из-под обстрелов под Горловкой, бежали хуторяне с Волыни и Ивано-Франковска, предприниматели из Харькова и Одессы… Переводчики исправно переводили версии беженцев, а адвокаты, составляющие пакет документов для подачи на статус беженца, сходили с ума от противоречивости предлагаемых причин бегства.

Их, украинцев, бомбили разные армии, их пытали разные военные, их грабили разные бригады. Одни пострадали от Путина, другие – от новой власти, пришедшей после Майдана. В конце концов один адвокат сказал, что он стал сомневаться в негативной однозначности Путина и в адекватности украинского президента.

Наверное, поэтому все эмигрировавшие недавно стараются при встрече не затрагивать тему политики. Иначе ссор не избежать. Здесь просто умалчивают темы взаимоотношений Украины и России. И не говорят слово «война». Договор такой: патриот? хочешь защитить свою родину? – возвращайся и защищай с оружием в руках – причем, с любой стороны – сбежал? – сиди и молчи.

– Представляю… А приезжают ли в Испанию «воины свитла»? Чтобы отдохнуть от своей «демократической» батькивщины?

– С 2015 года в Валенсию стали ехать бойцы украинской армии. С семьями.

Кто успел заработать на войне деньги (немалые, можете поверить… и я догадываюсь, каким способом), тот отдает здесь детей в дорогие частные школы, покупает дорогие квартиры и раскрученный бизнес.

Кто пришел с инвалидностью, разочарованием в войне и без денег, тот идет в ремонтные бригады и работает, как все украинцы-заробитчане, давно осевшие здесь после первой волны эмиграции, лет 20 назад… Вояки маскируются, на всякий случай подтерев в Фейсбуке свои прежние посты во славу Украины и ВСУ, с призывами убивать беркут, сепаров и русню… Но многие их узнают.

Так что однозначно рассказать об отношении эмигрантов к Донбассу не получается… Но есть много сочувствующих простым людям нашего края. Здравомыслящие люди пытаются анализировать, разбираться, и вину политиков не переносят на народ.

– Елена Анатольевна, а для вас лично что значит эта война в Донбассе?

– Для меня война в Донбассе – это моя боль, ужас и шок, и это трагедия целой страны и целого народа. Трагедия братских народов. Советский Союз разваливался когда-то с кровью, с ненавистью бывших республик к «старшему брату», с ненавистью к русским, к поиском своей роли, своего места, с местью, насилием, убийствами. Украину тогда миновала чаша сия…

Но выросло новое поколение, воспитанное с вечной обидой от «исторического угнетения» Россией. Поколение, которому внушили идеи расового превосходства украинцев над другими народами и ненависть к России.

История колесит по кругу. Мы знаем, как и чем это кончится. Но я даже в страшном сне не могла представить, что когда-то не мы с немцами, англичанами или американцами, а мы… с нами. Друг с другом. Брат с братом. Со звериной жестокостью. Нечеловеческое. Проклятое. Отразившееся в детях и в детях же будет отомщенное. Это самое страшное.

Война в Донбассе – это мои погибшие друзья и приятели. Умные, красивые, талантливые люди. Это мои выжившие друзья, которые присоединились к той, другой Украине, с самолетами, танками и минами против безоружных мирных жителей. Украине с коктейлями Молотова, цепями и винтовками с оптикой против Беркута и омайданенных оптимистов. Украине, насилующей и сжигающей танками «колорадов» и «ватников».

С одной и другой стороны были обманутые политиками и запутавшиеся люди. Политики остались при деньгах и при власти, а люди возненавидели друг друга. Эта война для меня – потеря друзей, страны, уверенности в будущем.

– Я знаю, что вы не так давно приезжали в Луганск. Каким вы увидели послевоенную столицу ЛНР?

– Когда после трехлетнего перерыва я приехала в Луганск, первое, что бросились в глаза – это пустота. Пустой город, вымирающий вечерами. И удивительная чистота. И много цветов. И люди в камуфляже…

Порадовала встреча с друзьями. Ревела, когда слушали их рассказы о дружбе, о единении, о стойкости и любви, что помогли им выжить под бомбежками без воды и еды. Как спасали соседей, как искали еду для себя и своих домашних животных, как во время обстрелов лежали под ванной и кричали во весь голос стихи Пушкина…

Другие мои друзья, луганчане, сейчас в растерянности. Они не знают, куда бежать и не верят никакой власти: ни русской, ни украинской, ни ЛНРовской. Их нельзя убедить словами. Их надо убеждать делами.

И я желаю Луганску всегда иметь в правительстве людей, не только преданных республике, но и умных. Не только умных, но и честных. Не только честных, но и добрых. Фантастика, скажете? А если не такие, то зачем все это было? Будут умные и честные руководители – не нужно будет людей заставлять, принуждать, проверять на лояльность или бояться предательства…

Надеюсь, что в Луганске все будет хорошо. Все будут живы, не голодны и дружны. И я не вижу пока, кто им еще поможет, кроме России. Может, я ошибаюсь. Но не вижу других вариантов. Дай бог, чтоб были свет, вода, еда и надежда. И пусть в 2017 году эта надежда реализуется. Я против войны и против ненависти.

– Что вы пожелаете родному Луганску?

– Земля таинственных курганов и мистических половецких изваяний, русских староверов и донского казачества, характерников и воинов, металлургов и шахтеров, украинских и русских мастеров и хлебопашцев, Даля и Матусовского, Гринченко, Верещагина-Луспекаева, Птушко и многих-многих других добрых и талантливых людей сейчас уже не должна воевать.

Она должна жить в радости. В мире. В любви. Прекрасный луганский поэт Владимир Спектор называл Луганск «городом хороших людей». Возвращайся к мирной жизни, город хороших людей! Тот, кто выстоял, выжил, защитил себя и своих близких, не потеряв человечности, заслужил право на мирное небо и счастье.