В некоторых украинских добратах до 50% состава было с судимостями – экс-подполковник СБУ

Безнаказанность, чувство власти, автомат в руках и ущербность превращали боевиков украинских добробатов в зверье, способное только на насилие. В составе добровольческих батальонов очень много воевало судимых, в некоторых подразделениях до 50% было с судимостями. Об этом в эфире YouTube-канала «Politwera» заявил экс-подполковник СБУ Василий Прозоров.

 «В составе добровольческих батальонов очень много воевало судимых, в некоторых подразделениях до 50% было с судимостями. Были люди конкретно судимые за насильственные преступления, за убийства, за разбой, за изнасилования. Конкретный пример – это замкомандира «Шахтерска», командир роты «Торнадо» Руслан Абальмаз, у которого пять судимостей было, в том числе там и изнасилования и тяжкие телесные, и разбои», – отметил Прозоров.

«И вот представьте, если человек в мирное время, опасаясь преследования уголовного, моральных осуждений, если он в мирное время себе такое позволял, а тут ему сказали – иди, делай что хочешь, и тебе ничего за это не будет. Вы думаете, у него какие-то моральные стопоры были, нравственные? Творили, что хотели», – сказал экс-офицер СБУ.

По его словам, самый большой беспредел начинался, когда националисты были предоставлены сами себе, без контроля со стороны СБУ или армии.

«Батальон «Днепр», если и творил какой-то беспредел, то он творил его где-то на выезде, в посадках, в Новоазовске, где-то ещё. А батальоны, которые располагались отдельно – там творилось всё что угодно. Поэтому «Азов» уехал, он же сначала тоже базировался в аэропорту. Как они героически говорят, «как освободили Мариуполь», они переместились на базу – бывшая дача жены Януковича, посёлок Гурзуф, это 30 км от Мариуполя. Там они были абсолютно неподконтрольны, творили, что хотели.

Точно так же «Шахтёрск», который числился официально в Мариуполе, но находился не в Мариуполе, находился в одном из сёл поближе к городу и естественно творил, что хотел. Почему «Торнадо» так беспредельничало? Потому что они тоже находились отдельно, они заняли школу в пригороде Лисичанска», – объяснил офицер.

При этом он подчеркнул, что любое добровольческое подразделение, которое в 2014-2015 году находилось в удаленности от официальных структур, «можно смело записывать в такую же беспредельную преступную группировку».

Также он рассказал, что однажды побывал на базе батальона «Айдар» в селе Половинкино Старобельского района.

«Я видел там этот железный ящик, который лежал на земле, но он был пустой, так бы я обратил внимание, естественно, в котором, в фильме «Солнцепёк» прекрасно показали, как там держали пленного», – вспоминал бывший сбушник.

«Было ли жутко смотреть на то, что люди становились зверями, что на ваших глазах бывший ПТУшник, студент превращался в такого зверя, который может пытать людей и наслаждаться при этом? Как из нормального человека, может вдруг встать внезапно – раз, по щелчку. Это же не единичный случай, это батальоны, про которые вы говорите», – спросила журналистка.

«Дело всё в сочетании двух факторов – безнаказанность и чувство власти, как Мао Цзэдун говорил, что винтовка порождает власть. Вот у них автомат породил власть, и к этому ещё прибавилась безнаказанность, то есть он понимает, что он до этого был никем. Тот же Володя Парасюк, кем он был до майдана? Я не люблю это слово, но быдло, так выходит, это без образования, без каких-то перспектив в жизни.

Не отрицаю тот факт, что были и люди реально психически больные, которым нравится насилие, которым нравится причинять боль, наверное, такие были. Но мне попадались – это реально люди, которые почувствовали власть. Которые знали, что им ничего за это не будет, и они начали…» – резюмировал Прозоров.