«Украинизаторы» на деле ведут разрушительную антиукраинскую политику — Бильченко

Скандал, в который угодила поэт, профессор, преподаватель философии и культурологии Национального педагогического университета им. Драгоманова Евгения Бильченко, стоил ей очень многих нервов. Все из-за поста в Facebook, где она сравнила языковое законодательство с «опухшим лимфоузлом в теле онкобольного» и уточнила: Украина является «американской колонией». Об этом она рассказала киевским «Вестям».

Сейчас ей угрожают расправой, давят на ректора с целью выдавить ее из университета. Сам ректор утверждает, что дело профессора — на рассмотрении «общественных организаций». Бильченко уточняет: ей известно, что они связаны с националистическими С14 и «Просвітою». Ее принципиальная позиция: все высказывания сделаны в ее личном пространстве и не пересекаются с вузом.

«Я пришла к выводу, что у нас строится глубоко порочная национальная идея. Самый худший способ строить национальную идею — об этом Умберто Эко писал — это строить ее на ресентименте, т. е. на ненависти к другому народу. К сожалению, так получилось, что у нас национальная идея отождествляется с националистической. Хотя национализм — это не только не синоним «национальным интересам», а зачастую это их враг. Но у нас очень часто национальная идея сводится к националистической, а она — еще хуже — к этнонационалистической. Т. е. национализму по крови и языку. И любые протесты против национализма, отсюда, — не только не «антиукраинские», но и, скорее, проукраинские, ведь национализм вносит в общество гражданский раскол. Но воспринимается эта идея националистами, которые пытаются говорить от имени всей Украины, как антиукраинская. А никто не давал права одной группе людей говорить от имени всея Украины! Поэтому проблема внутренняя, и она касается того гражданского противостояния, что здесь имеет место. И, как мне кажется, усиливается законом о языке», —говорит Бильченко.

По ее словам, русскоязычная интеллигенция Украины в условиях тотальной украинизации часто ведет себя недостойно, прогибаясь под власть.

«Плохо все с ним будет. Я очень разочарована поведением старой русскоязычной интеллигенции, которая под влиянием конформизма, страха, прогнулась перед правыми радикалами и стала извиняться за русский язык так, будто они здесь пришлые. Это пораженческая, оправдательная позиция, навязанная ура-патриотами. Самая большая ошибка — это представить русских, или русскоязычных людей Украины, как некий пришлый элемент либо как этническое меньшинство, «иммигрантов», занесенных сюда чудом», — считает поэтесса.

Бильченко уверена, что «украинизаторство» приносит украинскому языку больше вредя, чем пользы.

«Я им, украинизаторам и «шпрехенфюрерам», говорила: они ведут антиукраинскую, диверсионную, деятельность. Ведь если они заинтересованы в том, чтобы увеличить количество людей, любящих украинский язык, то заставлять любить его тех, кто им не владеет, насильно невозможно. Часть нейтральной публики может превратиться в украинофобов, а это неправильно, а часть адекватной украиноязычной публики может стать подчеркнуто русскоязычной. Как Анна Герман, которая заявила, что свои передачи после моего выступления будет начинать на русском языке. Или мой знакомый, поэт Роман Скиба, автохтонный, украиноязычный львовянин, но начал писать стихи на русском. Чего они добиваются — обратного эффекта? Ведь когда система давит идеологией, прорастает группа молодых сопротивленцев, диссидентов. Фактически, они готовят себе подрывное поле из тех, кто не был русофилом или малороссом», — подчеркнула она.

Насильное навязывание украинского языка отталкивает жителей Крыма и Донбасса от Украины, отметила Бильченко

«Наша агрессия и попытки «большой Украины» навязать свою идентичность, своих героев, свой язык — в широком смысле слова — как язык культуры. Если уж меня можно так «достать» в центре Киева, то я представляю, какой это шок для человека из Севастополя или Горловки, которому в один прекрасный день предлагают попросту стать другим человеком: начиная с того кофе, который он пьет, и заканчивая то, какому Богу он молится. А это не просто переменить язык. Ведь речь о стиле мышления. Это очень жесткие вещи! Ведь есть культурные коды, архетипы, очень глубокие вещи, которые содержатся в нашей голове, которые делают нас такими, какие мы есть. А человек готов умереть за свою самость, экзистенциальность. Это точно!», —сказала поэтесса.